fein

Союзники или интервенты? Двойственное восприятие.

Присутствие иностранных войск на Русском Севере в годы Гражданской войны воспринималось даже белыми современниками неоднозначно.

В официальной риторике речь шла о «союзниках по Великой войне», пришедших поддержать Россию в трудный момент. Однако в повседневной жизни всё выглядело куда сложнее.

С одной стороны, на Севере оказалось слишком много иностранцев — не только военных, но и коммерсантов, чиновников, представителей различных миссий.

Их поведение нередко вызывало раздражение у белых: от фамильярности до откровенно покровительственного и даже колониального тона в отношении местного населения.

С другой стороны, без их помощи — прежде всего оружием, обмундированием и снабжением — Северная армия просто не могла вести боевые действия. Впрочем, это в той или иной мере характерно вообще для всех белых фронтов 1919-го.

Но на Севере антибольшевистский фронт держался не только иностранным снаряжением, но и западными войсками, прежде всего британскими и американскими.

Дополнительное напряжение вызывали экономические отношения. Даже в отчётах правительства Северной области прямо говорилось о «неравноправном» характере торговли с Великобританией и «хищническом» вывозе сырья.

Символом мрачной стороны Интервенции стал концентрационный лагерь на острове Мудьюг, получивший в народе название «острова смерти».

Таким образом, в общественном восприятии противников большевиков сосуществовали две картины: союзническая помощь и элементы фактической зависимости, близкой к колониальной практике. Последнее, разумеется, стало своего рода оружием красных, довольно эффективным.

Конец мировой войны — конец мотивации.

Решающий поворот произошёл после завершения Первой мировой войны.

До осени 1918 года участие стран Антанты в Гражданской войне в России объяснялось вполне понятными для их солдат и общества целями: борьбой против Германии и её союзников, а также попыткой восстановить Восточный фронт.

Характерно, что сами белые постоянно убеждали интервентов: власть большевиков якобы держится исключительно на поддержке германцев. И как только Второй Рейх закончится — большевики канут в Лету.

Но ничего подобного не произошло, так что союзники-интервенты были обескуражены.

После поражения Германии цели союзников исчезли. Большевики перестали восприниматься как фактор Мировой войны, а участие иностранных войск в России стало выглядеть как вмешательство во внутренний конфликт.

Для солдат, чьи товарищи уже возвращались домой, перспектива продолжать воевать в далёкой и непонятной стране становилась всё менее оправданной.

У нас фактор возмущения западных солдат и рабочих принято недооценивать теперь.

Но де-факто уже в 1917-м году во Франции произошёл мощный кризис, с которым едва справились. В Британии были свои колониальные проблемы, да и рабочие тоже бастовали.

Сами белогвардейцы рассказывали о саботаже со стороны иностранных рабочих, те сочувствовали большевикам, а не царским генералам.

Внутренний кризис белого тыла.

Не менее важным фактором стало положение на самом Севере. Летом 1919 года прокатилась волна выступлений и мятежей, наиболее известным из которых стал бунт в 5-м Северном стрелковом полку.

Для союзного командования это было тревожным сигналом. Отсутствие устойчивой поддержки белого движения со стороны населения ставило под сомнение перспективы всей кампании.

Возникал закономерный вопрос: стоит ли продолжать вкладывать ресурсы и рисковать жизнями ради «бывшего союзника» (официально никем не признанного), чьи позиции внутри страны выглядят шаткими?

«Бюджетный фактор» и политика.

Серьёзную роль сыграли и внутренние проблемы самих стран Антанты.

В Великобритании, например, активно обсуждалось сокращение военных расходов после окончания Мировой войны.

Уинстон Черчилль, выступая в парламенте, прямо указывал на необходимость учитывать финансовую сторону вопроса (хотя совсем недавно был в числе главных «ястребов»).

Всё чаще звучала мысль: продолжение экспедиции в Россию требует значительных средств, но не приносит очевидных результатов.

Параллельно усиливалась и другая тенденция — стремление к восстановлению экономических связей с Советской Россией.

Лозунг «торговать, а не воевать» становился всё более популярным на фоне экономических трудностей послевоенной Европы.

Неудача Колчака и крах стратегических планов.

С военной точки зрения важным ударом по перспективам Северного фронта стала неудача «весеннего наступления» армий А. В. Колчака.

Один из ключевых замыслов Антанты и белого руководства заключался в соединении Восточного и Северного фронтов по линии Пермь — Вятка — Котлас — Архангельск.

Это позволило бы наладить устойчивое снабжение белых армий и создать единое стратегическое пространство. Однако этот план провалился, и Север остался изолированным.

В результате поддержка союзников теряла не только политический, но и военный смысл.

К лету 1919 года даже военные представители Антанты уже не видели особых перспектив в поддержке белых, за исключением пока ещё наступавших деникинцев.

Решение об уходе.

Уже в апреле 1919 года Высший военный совет Антанты принял принципиальное решение о выводе войск из Архангельска.

Предполагалось завершить эвакуацию до зимы 1919/1920 года, а до этого провести ограниченные наступательные операции, чтобы ослабить давление Красной Армии.

Летом 1919 года антибольшевистские силы на Севере ещё добивались определённых успехов. Однако уверенности в том, что фронт удержится без союзников, не было.

В августе в Архангельске состоялось совещание с участием британского командования (последнее уже в общем-то слабо интересовалось судьбой белых).

Генерал Роулинсон предложил радикальный план — эвакуировать войска на Кольский полуостров и создать новый фронт с опорой на Мурманск. Белое командование отказалось: было принято решение продолжать борьбу на месте.

Без союзников: короткий успех и неизбежный финал.

После ухода иностранных войск Северный фронт просуществовал ещё около полугода. Причём не просто оборонялся, но и проводил наступательные операции.

Осенью 1919 года были достигнуты заметные успехи: взята станция Плесецкая, расширен контроль над территориями Коми края, заняты Усть-Сысольск и другие населённые пункты.

Однако эти успехи имели локальный характер (тем более в условиях слабо-населённой местности). Без побед белых армий на других первостепенных фронтах (юге, востоке, отчасти северо-западе) они не могли изменить общий ход войны.

Уже в феврале 1920 года Белый Север прекратил существование. А вскоре начался новый этап — установление торговых отношений между Великобританией и Советской Россией, что ещё недавно казалось невозможным.