Власть Колчака не могла обойтись без иностранных войск у себя в тылу
В 1919 году против регулярной Красной Армии на востоке России чехословаки практически уже не воевали.
Их отвели в тыл, где те занялись как охраной Транссиба, так и антипартизанскими операциями. Поведение чехов вскоре вызвало у местного населения «негативную реакцию». Это, в свою очередь, подпитывало партизанское движение.
Но вскоре Чехословацкий корпус и вовсе засобирался на родину. Войска начали разлагаться: некоторые бойцы находились в России с 1914 — 1916 гг. Так что последовала серия выступлений личного состава.
Принципиальное решение об эвакуации чехов было принято ещё в 1919-м, но белая власть задавалась вопросом: а кто будет охранять железную дорогу-то?
В итоге пришли к занимательному варианту: чехов должны были «сменить» американцы и японцы. Причём последние в реальности не очень-то хотели заходить западнее Байкала.
США же в целом не хотели увеличивать воинские контингенты в России. И колчаковский режим серьезно уже не воспринимали.
Вот как охарактеризовал ситуацию колчаковский чиновник И. И. Сукин, прозванный современниками «американским мальчиком».
«Российское правительство не располагает в настоящее время достаточным числом войск для охраны пути ввиду сосредоточения всех его сил на фронте…» (с) Телеграмма временного управляющего Министерством иностранных дел Российского правительства И. И. Сукина
российскому послу в Вашингтоне Б. А. Бахметеву о необходимости эвакуации чехословацкой армии во Владивосток и замене ее другими иностранными контингентами. 6 августа 1919 года. / Чешско-Словацкий (Чехословацкий) корпус. 1914 – 1920. Документы и материалы. Том 2.
Иван Иванович здесь явно лукавит: на фронте было не более 130 — 140 тысяч штыков и сабель, тогда как общая бумажная численность колчаковцев держалась на отметке в минимум 600 тысяч, переваливая временами за миллион.
У одних только атаманов типа Семёнова, Калмыкова, Анненкова и т.д. были десятки тысяч.
Но доверять охрану Транссиба мобилизованным сибирским мужикам — значит получить бунт с большей вероятностью, чем в ситуации с чехами.
«Установлено, что если бы после ухода чешских войск и при невозможности привлечь русские войска к охране не последовала замена чехов иностранными войсками, то положение коммуникационной линии между Омском и Владивостоком оказалось бы критическим и пришлось бы считаться с возможностью ёе прерыва…» (с) из упомянутой телеграммы И. И. Сукина.
В общем, чехи стремились как можно скорее убраться уже из России с награбленным, белые лихорадочно искали им замену, метаясь то в сторону Японии, то в сторону США.
Но при этом тот же И. И. Сукин полагал, то для охраны Транссиба необходимо аж 40 тысяч регулярных войск, с артиллерией и всем прочим. Почему? Ну, Иван Иванович ответил:
«Охрана линии предусматривает не только защиту от большевистских нападений, но и экспедиции внутрь страны для преследования и рассеивания центров сосредоточения элементов беспорядка…»
Ни японцы, ни американцы не собирались так тратиться.
В общем, если бы колчаковский тыл не развалился на рубеже 1919 — 1920 гг., он рухнул бы чуть позднее.